25/07/2024

Что не; так с; законом о; краудфандинге

 

Содержание статьи

Что не так с законом о краудфандинге

В России с начала 2020 года вступил в силу закон о краудфандинге — сборе средств на проект среди обычных людей и других компаний через специальные платформы. Мы разобрались в документе и рассказываем, что он значит для тех, кто решит начать краудфандинговую кампанию.

текст: Анастасия Рогозина

Термин «краудфандинг» в законе не фигурирует: на самом деле он регулирует не только этот способ получения инвестиций.

Известный как закон о краудфандинге нормативный акт — это Федеральный закон от 02.08.2019 № 259-ФЗ «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» . Если ознакомиться с ним подробнее, станет ясно, что документ регулирует не только краудфандинг, но и другую условно инвестиционную деятельность.

Согласно закону, деньги через инвестиционные платформы можно привлекать путём займов, продажи ценных бумаг или утилитарных цифровых прав — то есть под регулирование попадает также краудинвестинг , краудлендинг и, возможно, даже краудсейл .

Закон ограничивает круг лиц, которые могут владеть краудфандинговыми площадками, и вынуждает их вступать в реестр ЦБ.

Операторами инвестиционных платформ — владельцами площадок для краудфандинга — теперь могут являться только юридические лица. К ним есть ряд требований: например, уставный капитал не менее 5 млн рублей, а генеральный директор компании обязательно должен иметь высшее образование. Кроме того, юрлицо не должно заниматься другой деятельностью кроме брокерской, дилерской и ещё нескольких, связанных с финансовыми операциями.

На этом требования не заканчиваются: оператор инвестиционной платформы обязан также подать заявление в Центробанк с целью внесения в специальный реестр — и постоянно отчитываться перед регулятором о своей деятельности. Кроме того, он обязан прописать на сайте правила пользования в установленном законом формате .

Привлекать деньги через краудфандинг тоже смогут не все, а максимальная сумма инвестиций для заёмщика ограничена.

В соответствии с законом, получить деньги через краудфандинг теперь смогут только юрлица или ИП, которые не находятся в состоянии банкротства. Физлицам чуть проще — достаточно не состоять в реестре экстремистов и торговцев оружием массового поражения.

Объём полученных через краудфандинг инвестиций не должен превышать 1 млрд рублей за один календарный год. При этом как будет проводиться сбор — одной кампанией или несколькими, на одной площадке или на разных — значения не имеет, речь об общей сумме. Следить за этим тоже должны в первую очередь операторы платформ, во вторую — Центробанк, который будет наказывать не заёмщиков, а операторов.

Есть одно исключение: если ПАО (и только оно) привлекает деньги через продажу утилитарных цифровых прав (об этом ниже), ограничение в 1 млрд рублей на него не распространяется.

Требования к инвесторам чуть проще, но максимальная сумма тоже ограничена.

Физическое лицо, которое хочет поддержать какой-то проект через краудфандинг, может инвестировать не более 600 тысяч рублей в год: тех, кто подошёл в упор к лимиту, должны лишить возможности его превысить. Следить за этим будут операторы платформ. Исключение то же, что и выше: на покупку цифровых прав у ПАО такое ограничение не распространяется.

Чтобы физлицо могло инвестировать больше указанной суммы, его личные активы должны превышать 6 млн рублей — подтверждающие это документы нужно отправить оператору платформы вместе с заявлением на признание «квалифицированным инвестором». Кроме частных лиц к этой категории относятся банки, страховые компании и негосударственные пенсионные фонды.

Индивидуальные предприниматели и юрлица тоже могут участвовать в краудфандинге в качестве инвесторов, и для них «потолок» инвестиций не установлен.

Закон о краудфандинге вводит, по сути, новую для России форму инвестирования — но как она будет работать, никто не понимает.

Утилитарные цифровые права — это права требовать передачи вещей, интеллектуальных прав и выполнения работ и услуг. Все они создаются и оборачиваются в информационных системах — в данном случае, под такими системами подразумеваются как раз инвестиционные платформы.

Ранее Гражданским кодексом РФ предполагалось, что любые цифровые права существуют в виде уникального кода, присваиваемого каждому отдельному объекту прав. К сожалению, даже юристы теряются в трактовке этого термина и его применения. Пока можно только сказать, что это похоже на искажённый аналог блокчейна, где подобные коды — уникальные идентификаторы — тоже используются, но присваиваются участникам, а не объектам прав.

Тем не менее, утилитарные цифровые права подаются как ещё один способ инвестировать через специальные платформы — и, предположительно, он может реализовываться как обмен инвестиций на токены.

В России рынок краудфандинга, судя по последним данным, падает — и закон вряд ли улучшит его положение.

По данным на ноябрь 2019 года , рынок краудфандинга в России сократился за год на 42%: если за первые девять месяцев 2018 года он составлял 8,9 млрд рублей, то за тот же период 2019 упал до 5,2 млрд. При этом больше всего снизился объём некогда самого значимого на рынке сектора B2B, в котором и инвестором, и заёмщиком выступают юрлица — он сократился на 80,5%. Объём P2P-кредитования (между физлицами) упал на 70%, а в P2B (физлица — юрлицам) вырос, но очень незначительно — на 2,5%.

С одной стороны, введение регуляции краудфандинга должно означать защиту прав и интересов всех сторон процесса, и стимулировать этот рынок. Но, с другой стороны, есть сразу несколько причин, по которым закон о краудфандинге не вызывает большого оптимизма. Он ставит дополнительные рамки и ограничения, которые препятствуют отмыванию средств через краудфандинг — но одновременно вводят пороги для входа на рынок.

Кроме того, требования для операторов платформ и увеличение их ответственности может повлиять на комиссию, которую такие платформы устанавливают для заёмщиков. В итоге и без того падающий рынок краудфандинга в России может ускорить темп падения, и малому бизнесу, для которого такой способ получения инвестиций наиболее предпочтителен на старте проекта, придётся искать другие пути финансирования.

Как будет работать новый закон о краудфандинге

Проект закона о краудфандинге, недавно внесенный на рассмотрение в Госдуму, скорее вызывает вопросы, чем проясняет регулирование этого инструмента финансирования, пишет forbes.ru .

Как будет работать новый закон о краудфандинге

20 марта в Госдуму был внесен законопроект «Об альтернативных способах привлечения инвестиций (краудфандинге)», подготовленный той же самой группой депутатов, что разработала нашумевший закон «О цифровых финансовых активах», предлагающий регулирование для криптовалют и ICO.

Этот законопроект, впрочем, посвящен не столько краудфандингу, сколько краудинвестингу, поскольку регулирует привлечение средств исключительно на инвестиционные цели, тогда как посредством краудфандинга в основном финансируют некоммерческие проекты — выпуск компьютерных игр, съемку фильмов, создание иного интересного публике контента или уникального высокотехнологичного продукта.

Но и в последнем случае контрибьюторы в успешный проект получают не соответствующую часть коммерческой прибыли, а право первым получить созданный продукт, посмотреть фильм или поиграть в игру за часть его продажной стоимости или вообще бесплатно.

Как раз на эти отношения, связанные с пожертвованиями имущества, новый законопроект и не распространяется. Так что блогеры, сетевые писатели и энтузиасты, собирающие деньги на свою деятельность у поклонников и широкой публики, могут расслабиться и перевести дух — никакие законодательные запреты или ненужные бюрократические обременения им не угрожают.

Краудинвестинг, конечно, тоже играет определенную роль в развитии современных технологий, позволяя молодым стартаперам получить так необходимое им финансирование на самом начальном этапе реализации инновационного проекта.

Однако начинающим инноваторам все же сподручнее и правильнее искать финансирование у бизнес-ангелов, а не у широкой публики. Откуда обывателю знать, есть ли у проекта коммерческие перспективы?

Тут нужен индивидуальный и профессиональный подход. Необходимо пообщаться с командой разработчиков с глазу на глаз, оценить имеющиеся у них наработки, сравнить с уже реализованными проектами и трезво оценить шансы на коммерческий успех. Такое под силу лишь профессиональному бизнес-ангелу.

Краудфандинг может выступать лишь как альтернативный и вспомогательный способ привлечения инвестиций — после того, как матерые бизнес-ангелы проголосовали за новый проект собственными деньгами и получили возможность непосредственно контролировать ход работ.

Внезапный поворот

Конечно, законодательное регулирование краудинвестинга существует не только в России. В США, к примеру, существует так называемый Jobs Act, разработанный администрацией Барака Обамы с целью стимулировать американскую экономику, в том числе посредством краудинвестинга, в далеком 2011 году.

С учетом скорости современного технологического прогресса случилось это почти в каменном веке, когда люди ходили в шкурах, пользовались каменными орудиями, а обычная пицца стоила 10 000 биткоинов — целое состояние по нынешним временам. Примечательно, что закон на практике не применялся ни разу, поскольку американская Комиссия по ценным бумагам (SEC) не приняла необходимого регулирования.

При этом краудинвестинг в последние пару-тройку лет и в самом деле «выстрелил». В прошлом году, к примеру, средства, собранные таким образом, превзошли по объему все венчурное инвестирование, привлеченное бизнес-ангелами.

Но речь идет не о краудинвестинге по лекалам Барака Обамы, а исключительно о проектах, реализованных при помощи технологии блокчейн — посредством ICO (первичного размещения токенов). Оказалось, что именно эта технология делает возможным и эффективным краудинвестинг.

Причин тому множество, но главная заключается в том, что инвесторы сразу же в обмен на свои инвестиции получают ликвидный товар — токены или «цифровой финансовый актив», как назвали этот инструмент российские депутаты. Владелец токена может быстро и без особого труда продать его, получив взамен биткоины, эфиры или другую криптовалюту.

В связке с ICO

Разумеется, российские депутаты, подготовившие законопроект, про технологию блокчейн слышали. Более того, они этот закон и разработали в целях урегулировать криптосферу. Неслучайно он был внесен в Госдуму одновременно с законопроектом «О цифровых финансовых активах».

Одной из целей «осуществления инвестиций посредством инвестиционной платформы» в законопроекте названо приобретение «токенов инвестиционного проекта».

По мысли законодателя, ICO в России будет разрешено осуществлять посредством оператора инвестиционной платформы, который должен получить аккредитацию в ЦБ и контролироваться им под страхом лишиться аккредитации.

На первый взгляд, кажется, что это не такое уж обременительное требование, если взамен инвесторы и стартапы получат легальный статус для своих ICO. Дьявол, как и всегда, кроется в деталях.

Законодательный казус

Дело в том, что платформы для осуществления краудфандинга уже существуют, но они не инвестиционные, а технологические. Это в первую очередь платформа, разработанная нашим бывшим соотечественником Виталиком Бутериным — Ethereum. Или другая — гораздо менее популярная, но тоже весьма успешная технологическая платформа Waves, созданная россиянином Александром Ивановым.

Однако ни одна из этих платформ не может стать «инвестиционной платформой» с точки зрения законопроекта. Документ, например, требует, чтобы привлечение инвестиций посредством инвестиционной платформы производилось только безналичными денежными средствами, которые должны зачисляться на номинальный счет, открытый оператору инвестиционной платформы. А это технически невозможно.

К примеру, привлечение средств в рамках ICO, осуществляемой на базе Ethereum может производиться только в форме токенов Ethereum — эфира. Инвестору следует сначала приобрести эфир, потом перевести его организатору размещения, получив взамен токены.

Смарт-контракты на платформе Ethereum, как впрочем, и на любой другой известной блокчейн-платформе просто не предназначены для учета фиатных (традиционных) денежных средств.

Так что если уж российский законодатель так хочет, чтобы российские ICO привлекали российские рубли, то сначала надо выпустить крипторубль на базе блокчейна, а потом уже предъявлять подобные законодательные требования к участникам рынка.

В мире блокчейна существует только то, что записано на блокчейне. Номинальные счета, безналичные денежные средства, реестры операторов инвестиционных платформ, за которыми надзирает Банк России, и сам ЦБ существуют в другом, параллельном мире. Скрестить эти параллельные миры, может быть, и можно технически, но это непростая задача, требующая большого ума, трудолюбия, глубоких технических познаний и талантов.

Источник https://mastera.academy/why-so-incautious/

Источник https://whattonews.ru/kak-budet-rabotat-novyj-zakon-o-kraudfandinge/

Источник

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *